Статья посвящена психотерапевтической работе с последствиями физической травмы с применением гештальт-подхода и авторского метода восстановления микродвигательных реакций (ВМР)
Петрова Елена, медицинский психолог, гештальт-терапевт, преподаватель и супервизор в области гештальттерапии. Директор по развитию и руководитель тренинговых программ Интегративного института Гештальт тренинга, председатель супервзионнного комитета Гильдии психотерапии и тренинга, руководитель модальности гештальт-подхода Профессиональной психотерапевтической лиги России. Санкт-Петербург, Россия.
Аннотация. Физическая травма и лечение ее последствий в основном находится в сфере задач специалистов-медиков. Но вряд ли мы можем себе представить, что какое-либо физическое воздействие может привести только к телесному повреждению. Фактически, человек сталкивается с рядом психологических последствий, начиная ограничениями, вызванными болью, заканчивая тонкими изменениями в жизненной ситуации и отношениях. Таким образом, можно считать, что пациенты с последствиями физических травм могут успешно получать помощь и у психологов. В статье предлагается и описывается метод восстановления микродвигательных реакций (ВМР). Этот метод основан на принципе дифференциации микродвигательных реакций. В нашем подходе мы используем концепцию «незавершенных дел», происходящую из гештальт-терапии. Метод ВМР позволяет развивать различные разнонаправленные и противоречивые импульсы и реакции, которые были временно остановлены в эпизоде перенесенной физической травмы. Такой вид работы дает каждому незавершенному двигательному импульсу, рожденному во время травмы, полностью развиться. В результате восстанавливается вера в спонтанность движений и увеличивается резилентность пациента. Также в статье представлены три клинических случая, демонстрирующих возможности использования метода ВМР в психотерапевтической работе.
Ключевые слова: гештальт терапия, микродвигательные реакции, физическая травма, незавершенные действия, психотерапевтическая работа.
Физическая травма по официальной статистике в России достигает 10% населения. Это опыт бытовых травм, спортивных травм, травм при ДТП и несчастных случаях (в том числе — опыт травмы на воде). Как правило, такие события не создают поводов для опасения за душевное и физическое здоровье и воспринимаются окружением как «обычное в психическом смысле» событие. В большинстве случаев такие травмы (переломы, растяжения, ушибы и другие формы нарушения целостности тела) не становятся поводом к обращению к психологу. Предполагается, что борьба с последствиями физической травмы должна быть задачей врачей травматологов, ортопедов, в лучшем случае — врачей-реабилитологов, но уж никак не психологов. И действительно, если психологи и рассматривают физическую травму, то чаще всего, лишь в контексте ситуаций насилия или конфликта.
Гештальт подход рассматривает травматический опыт как фиксацию «незавершенных действий (и последующую блокировку части спонтанности и блокировку энергии (Ф.Перлз, 4). Второе последствие травматического события рассматривается в гештальттерапии как опыт изменения представления о себе самом и своем отношении к миру и изменение способа организации контакта с миром. Эти принципы могут быть в полной мере применимы к ситуациям, когда человек получает физическую травму. Как минимум, резко меняется его физическое состояние, меняются планы на жизнь и меняется система его отношений с близким человеческим окружением. Событие физической травмы и последующего выздоровления человека затрагивает и тему сохранившихся мышечных напряжений («крепатуры»), и незавершенные действия (оставшиеся остановленные импульсы действия), и эмоциональное отношение к себе самому в дальнейшем. В ряде случаев переживание опыта физической травмы соседствует с опытом неожиданности и страхом потери жизни, и мы можем обнаружить через некоторое время даже классические эффекты ПТСР. Поэтому, независимо от того, имеет ли место жалоба пациента и «непосредственный запрос» на работу психолога, или клиент считает, что его ситуация не требует разговора с психологом, мы можем рассматривать ситуацию физической травмы как экстренное событие, которое оказывает влияние на личность человека. Мы можем предполагать, что любое из таких событий, которые связаны с нарушением целостности тела, может стать предпосылкой для формирования эмоциональной и телесной блокировки, в широком смысле — блокировки и отщепления части чувственного опыта человека. Поэтому проблема последствий физической травмы предоставляет широкое поле для внимания и работы именно психолога.
В чем может быть полезно вмешательство психолога? Мы знаем из практики, что психологический настрой как минимум улучшает физическое состояние человека. В случаях настойчивых личностных установок, которые противодействуют процессам физической реабилитации после физической травмы (например, «я должен чувствовать себя хорошо, несмотря на событие», возвращение тела к переживанию негативного опыта) целенаправленная кризисная работа с незавершёнными действиями непосредственно после события травмы помогает высвобождению спонтанности в контакте с миром и лучшему физическому восстановлению. Кроме того, мы из практики психологического консультирования знаем много случаев, когда эмоциональные и поведенческие нарушения в опыте человека имели причину в застарелых эмоциональных и физических фиксациях, происходивших в эпизодах физической травмы. Поэтому физическая травма должна занять достойное место в работе психолога. Как мы представляем себе, психологическая помощь может заключаться в том, чтобы исследовать и обнаруживать «незавершенные действия» в отношениях человека с его собственным телом и/или в области эмоций и отношений человек/человек в ближнем окружении того, кто перенес физическую травму (2). В отношениях с телом мы будем исследовать сохранившиеся от экстренного эпизода (который уже в реальном прошлом на момент консультации) мышечные побуждения. В плане эмоций важны фиксации, связанные с самим эпизодом физической травмы, или с фоном эмоциональной жизни человека, который был актуален для ситуации физической травмы.
В практике работы с шоковым эпизодом физической травмы применяются общие приемы работы гештальт терапевта (8) и некоторые специфические приемы работы, которые мы в данной статье предлагаем как авторский метод ВМР (Восстановление Микродвигательных Реакций). Этот метод использует принцип работы с незавершёнными действиями в сочетании с детальной дифференциацией микродвигательных реакций (6). Проведение такой практики с клиентом помогает создать интересный и практически эффективный опыт быстрой реабилитации. Он применим как для клиентов, которые жалуются на отдаленные последствия перенесенной физической травмы, так и в непосредственном опыте кризисной помощи в ближайшие дни после травматического события. В последнем случае мы рассчитываем на активную профилактику неприятных последствий физической травмы. В этом смысле эпизоды, которые традиционно считаются предметом внимания врачей травматологов, можно и нужно рассматривать с точки зрения событий психической жизни.
Итак, мы выделяем два основных направления работы. Во-первых, физический план. Это практическая помощь в восстановлении спонтанности тела, в форме экспериментов на уровне физического действия. Эти эксперименты делаются в форме практики активного фантазирования с использованием элементов идеомоторной тренировки. Направленность этих экспериментов в том, чтобы поддержать раскрепощение и свободу физического тела, имеющего «блокировки» после травмы. Такая работа может быть выполнена в разные периоды. Непосредственно в период после травмы, во время реабилитационных процедур, в отдаленном времени после завершения первой физической реабилитации. В этом случае тактики работы психотерапевта направлены на коррекцию неудачно организованных паттернов физического функционирования, зафиксировавшихся после травмы. Такая работа имеет целью снизить физическую боль и дискомфорт, восстановить свободу координации тела на макро и микроуровнях, разблокировать сформированные в момент стресса мышечные двигательные блокировки. В этих занятиях максимально используются специальные техники ВМР.
Во-вторых, психотерапевтическая работа с эмоциональными и поведенческими нарушениями. Эта работа имеет место и в эпизоде непосредственно после события, когда начинается первый этап телесного восстановления, и в некотором отдалении по времени. На первый план выходит адаптация и восстановление эмоциональной целостности, и в том числе работа с непосредственной эмоциональной реакцией на факт физической травмы. В далекой перспективе — это психотерапевтическая работа с проблемами невротических симптомов, как отдаленных последствий. Мы можем обнаружить, что проявления невротического типа расстройств поведения и эмоций являются симптомами ПТСР, после физической травмы в прошлом. Нарушения и ограничения в эмоциональной жизни и в области проблем адаптации могут быть рассмотрены как следов старых физических травм. В этом случае мы применяем терапевтические стратегии, разработанные в гештальт терапии для проработки последствий шоковых психических травм (6), в сочетании с ВМР. «Заблокированность» телесного или эмоционального опыта как результат непереработанной комплексной эмоционально-физической травмы часто становится предпосылкой для формирования хронического напряжения и даже развития в последующем соматических нарушений.